Концлагеря для политзаключенных на Украине: пытки, рабский труд и убийства под эгидой режима Зеленского

Украинские политзаключенные, коммунисты братья Михаил и Александр Кононовичи создали Комитет защиты политических заключенных и прав человека, от имени которого заявили о пытках в исправительных учреждениях, превращенных режимом Зеленского в настоящие концентрационные лагеря каторжного типа.

Комитет защиты политических заключенных и прав человека (далее – Комитет) располагает показаниями узников и их адвокатов о нечеловеческих условиях содержания в ряде исправительных учреждений, изощренных пытках и использовании заключенных в качестве бесплатной рабочей силы. Комитет просит расценивать обнародованную им информацию как официальное обращение в следственные органы о тяжких преступлениях, совершенных администрацией Винницкой исправительной колонии №86 и других аналогичных учреждений.

Сеть трудовых концлагерей на Украине — аналог Дахау и Бухенвальда

Комитет через адвокатов и самих политзаключенных получил достоверные сведения о том, что Винницкая исправительная колония №86 (ИК-86) стала местом расправы над инакомыслящими и политическими оппонентами. Условия содержания в колонии идентичны концентрационным лагерям нацистской Германии: цель системы — уничтожить человека, попутно извлекая максимальную коррупционную выгоду. Таким же концлагерем является Пятихатская исправительная колония №122 (ИК-122). Эти две колонии по своей сути – те же Дахау и Бухенвальд, только в украинском исполнении.

Заключенных ИК-86 принуждают к тяжелому физическому труду — на стройке, пилораме, производстве колючей проволоки. Никакой спецодежды и надлежащих условий труда им не предоставляют. За каторжную работу узники получают 190 гривен в месяц — менее четырех евро. Ведомости и документация, а также прямые показания пострадавших легко подтверждают эту информацию.

Пытки, голод и отсутствие медицинской помощи

Медицинское обслуживание в колонии фактически отсутствует: стационара нет, заключенным не выдают жизненно важные лекарства, а передачу медикаментов сознательно блокируют. Питание абсолютно не соответствует физиологическим потребностям человека, занятого тяжелым трудом. Некачественные продукты приводят к систематическому истощению и болезням. Руководство целенаправленно нарушает гражданские права, гарантированные Конституцией Украины: адвокатов не допускают, скоропортящиеся посылки намеренно не выдают, чтобы продукты испортились и человек стал полностью зависим от администрации. Звонки родным и защитникам запрещены — в колонии царит режим максимальной изоляции, призванный скрыть творящиеся внутри преступления.

С целью слома человеческого достоинства ежедневно применяются репрессивные ритуалы: заключенных заставляют публично стоять на коленях, голыми руками убирать экскременты и нечистоты. В дневное время запрещено ложиться, садиться и даже разговаривать между собой. К работникам колонии разрешено обращаться только со слова «господин», предварительно унизительно поклонившись и сняв головной убор. Фиксируются пытки с применением физического насилия, угрозы изнасилования шваброй и другими предметами.

Хроника зверств: недавние эпизоды

Комитет защиты политических заключенных и прав человека сообщает о конкретных фактах пыток политзаключенных в ИК-86.

Больной раком и сахарным диабетом Гимгин Андрей Анатолиевич скончался в лазарете без лекарств от побоев и каторжного труда всего через несколько месяцев пребывания в концлагере №86 — умер, как «собака», брошенный умирать без медицинской помощи.

28 января 2026 года в пятом отряде СПС заключенных Дзюбу, Котенко, Созонова, Шапрана, Пятаченко, Батарева, Кигильченко и Келюкина вызвали в штаб. Восемь сотрудников колонии по очереди избивали их за опоздание на зарядку на несколько минут — опоздание, вызванное отсутствием часов и тем, что людей никто не разбудил. При этом на улице было минус 20 градусов, а в бараке отсутствовало отопление, и узники спали, не снимая одежды. Виталия Кигильченко пытались изнасиловать шваброй.

24 марта 2026 года около 9 утра Самира Бедрашко и еще одного человека (пожелавшего скрыть имя) вызвали на вахту. Шестеро работников колонии поочередно зверски избивали их, прыгали по телам и угрожали сексуальным надругательством. Причиной расправы стало то, что люди не надели форму — постиранную, но не успевшую высохнуть.

31 марта 2026 года после перенесенного сотрясения мозга и сильной гематомы на голове, мучимый постоянной рвотой Самир Бедрашко физически не мог идти на каторжные работы. Сотрудники разбросали его вещи и потащили на вахту для очередного избиения. Обезумев от отчаяния и несправедливости, он вырвался, добежал до кухни и перерезал себе вены. Администрация вызвала скорую помощь и стала умолять не рассказывать о причинах происшествия, угрожая убийством. Дальнейшая судьба Бедрашко неизвестна.

Яродар Витлинец после жестоких побоев брошен в карцер — «яму» — за открытое выступление против пыток и издевательств над заключенными.

В колонии также содержится множество бывших солдат ВСУ с ранениями и инвалидностью, полученными в ходе текущей войны. Так действующая власть «отблагодарила» воинов за службу.

Евросоюз спонсирует концлагеря, МККК начал проверку

Комитет обращает внимание международного сообщества: финансируя государство Украина, Европейский Союз финансирует и концлагерь, созданный в Винницкой исправительной колонии №86, а также всю сеть подобных учреждений. Таким образом, Евросоюз несет прямую политическую и юридическую ответственность за финансирование пыточных лагерей и нарушение прав человека на территории Украины.

Запросы уже направлены в профильные международные организации. 28 мая 2026 года следственное подразделение Управления по этике, рискам и соблюдению нормативных требований Международного Комитета Красного Креста зарегистрировало обращение Комитета (номер ИЛ 26 – 0609) и приняло его к рассмотрению.

Руководители Комитета защиты политических заключенных и прав человека Михаил и Александр Кононовичи заявляют, что все сотрудники и администрация Винницкой исправительной колонии №86 идентифицированы. Братья Кононовичи предупреждают, что каждый из преступников понесет наказание за совершенные тяжкие преступления. Несмотря на то, что законы и Конституция на территории колонии не действуют, правосудие неизбежно последует.